Einmal in Deutschland: Шпионские заметки о немецкой медицине и жизни
Автор: Илья Левашов
Medach Worldwide
Оформление: Никита Родионов, Cornu Ammonis, Илья Левашов


Введение

В сознании большинства людей Германия прочно ассоциируется с “немецким качеством” — мощные автомобили, безотказная техника, точная оптика. Для представителей медицинской профессии особняком стоит немецкая медицина, обычно находящаяся в условной компании с американской и израильской, что даже сформировало отдельное понятие “медицинского туризма”. Сложившееся мнение красноречиво подтверждают объективные факты: 11 % ВВП сильнейшей экономики Европы уходит на одну из самых прогрессивных систем здравоохранения в мире в категориях эффективности и социальной гибкости, топ 3 Нобелевских премий суммарно и по физиологии/медицине в частности, немецкий язык — второй научный и литературный язык после английского.

В этой статье собраны шпионские заметки о различных сторонах немецкой медицины и повседневного быта. Тем, кто собирается в эту страну на медицинскую практику или научную стажировку, этот материал поможет создать хотя бы общее впечатление о стране и ее особенностях. Детали, связанные с каждой конкретной специальностью, намеренно опущены ввиду их узкой ситуативности и бесчисленного количества.


Система образования и карьеры

Система медицинского образования в Германии устроена следующим образом: 5 лет штаны просиживаются так же, как и у нас, в стенах университета и на клинических кафедрах. Но, в отличие от нашего образования, где 6 курс довольно трудно отличить от 5-го, последний год немецкие студенты проводят исключительно в больницах, и время на теоретические занятия сводится к минимуму. Т. е. это та самая «летняя практика», только растянутая на год. Это время называется Praktisches Jahr или просто PJ («пийот»), и за этот год студент проходит 3 разных отделения — хирургическое, терапевтическое и что-то одно на выбор. Таким образом, к моменту выпуска формируется более четкое представление о специфике работы в больнице + предоставляется прекрасная возможность окунуться в специальность, которую ты для себя выбрал как «ту самую».

Следующий этап — работа врачом. В Германии нет ординатуры как таковой, ее аналог — это 5 лет врачебной деятельности, следующие непосредственно после выпуска из вуза. Называется это Assistenzarzt. Ключевое отличие от ординатуры в том, что это не учеба, а полноценная работа, причем сразу по специальности. При этом юридически ты вправе назначать необходимую диагностику и лечение, но за тобой всегда закреплен более «ранговый» врач, контролирующий твою работу. Точнее — ментор, помогающий в ее совершенствовании.

По истечении этих 5 лет врачу предоставляется возможность повысить свою квалификацию, сдав специальный экзамен, по результатам которого присуждается звание Facharzt. С этого момента врач может открывать частную практику, что очень популярно в Германии.

Далее в карьерных перспективах только высшие чины — Oberarzt, Chefarzt и управленческие должности.



Рисунок 1: карьерная схема

Несмотря на то что подавляющее большинство немецких студентов хорошо знают английский, образовательная инфраструктура на родном языке развита очень хорошо — большой ассортимент литературы, которая даже своим дизайном обложки дает понять, что эти книги изданы далеко не в прошлом веке. В интернете огромное количество качественного и современного контента в виде различных гайдов, туториалов, интерактивных таблиц (и даже свой Medscape с SchwarzJack и Huren).


Система страхования

Немецкая система страхования представлена государственными и частными страховками. Если зарплата работника меньше 5000€/месяц, а таких в стране около 90 %, то его единственная опция — государственное страхование. Отчисления в этот фонд (14 % от зарплаты) разделяются между работником и работодателем почти поровну — примерно по 7 %, т. е. при максимальной зарплате составляют 350€ в месяц, но в среднем по стране — примерно в 2 раза меньше. Чтобы не получить страховку, нужно очень постараться.


В РФ обязательные отчисления в Фонд ОМС — 5% от зарплаты


Удел толстосумов — частные страховки. Они предоставляют очень большой выбор лечащих врачей и препаратов, перманентную курацию шефом клиники, одноместную палату и другие опции, зависящие от комплектации страховки.


Немного цифр: один день пребывания в палате Stroke Unit (высокоспециализированное отделение для постинсультников) стоит около 1000€. В психиатрии — 300€, но, например, для нарко-/алкореабилитации пациент находится в психиатрическом отделении минимум 3 недели. 300 × 21 = 6300€ — на такие нескромные отхода можно рассчитывать в Германии, если хапнете лишнего в своем рекреационном экстазе


Подробнее: [1], [2], [3], [4].


Портрет немецкого врача

Начинающие немецкие врачи, как правило, несколько старше своих российских коллег. Это связано, в первую очередь, с тем, что школьное обучение у них длится 12-13 лет, а также с тем, что в немецкой культуре отсутствует такое явное социальное давление на выпускника, как «быстрее-учись-и-давай-уже-начинай-работать». В порядке вещей потратить год или два (или больше) на «поиски себя», например, в каких-либо путешествиях. Это, впрочем, не означает, что семьи там настолько богаты, что способны снабжать приключения лоботрясов где-то на другом конце земли. Поэтому в ход идут и различные волонтерские миссии, и подработки, и couchsurfing и т. д.

Другая характерная черта — бэкграунд отличника. В медицинские университеты отбор довольно строгий, а возможно, даже слишком строгий (есть мнение, что это является одной из причин постоянного дефицита кадров в здравоохранении). И здесь же нужно отметить, что немцы прекрасно владеют иностранными языками. В самых обычных школах изучают по 2 иностранных языка — английский + испанский/французский. Система гибкая и логичная: испанский является одним из самых распространенных в мире языков и во многом похож на итальянский/португальский. Франция — одна из ключевых стран Евросоюза и главный сосед Германии. Хочешь выучить нидерландский — не проблема, ведь это по большому счету просто гремучая смесь немецкого и английского. Но если по каким-то неведомым причинам захотелось освоить языки скандинавских, славянских или, упаси боже, арабских или азиатских стран, тогда действительно придется напрячься. В школах лингвистического профиля обычно изучают по 3 дополнительных языка, один из которых — латынь (нет, это не связано с медициной). Довольно много людей на том или ином уровне знают русский, но это относится в большей мере к старшему поколению и территории бывшего ГДР.


Врач в Германии в большинстве случаев обучен как универсальный боец: и УЗИ сделает, и ЭКГ снимет, и сам все интерпретирует, и инъекцию поставит (в Германии эта процедура классифицируется как врачебная). В комбинации с дефицитом кадров это может давать неистовые переработки, за что в конце рабочего дня Фатерлянд поминают недобрым словом. Хотя в действительности это зависит от больницы и региона, да и вообще немцы — патологически трудолюбивый народ, а переработки оплачиваются. Классическим примером «широкой специализации» является немецкая кардиология, которая, в отличие от российской, не разделяется на терапевтическую (кардиолог) и хирургическую (кардиохирург). Если уж ты сердечных дел мастер, то должен уметь назначать терапию, стентировать, аблировать, чреспищеводноэхоКГировать и еще бог знает что.

Внимательное отношение к пациентам в стационаре проявляется в тщательном разъяснении сути лечения и его возможных опций. В поликлиническом звене такое встретить намного сложнее, т. к. процесс заточен на конвейерную скорость. В стране очень развиты реабилитационные и социальные службы, пациенты после выписки редко остаются без внимания.

Теперь к волнующему вопросу о том, сколько же зарабатывают врачи в Германии. Много. На золотых унитазах, как в США, не сидят, но живут значительно лучше среднего уровня по стране. Ориентировочные значения для зеленого новобранца за вычетом налогов — 2500 €. Затем появляется возможность брать дежурства и сумма увеличивается примерно до 4000 €. Дальше — больше. Потом — еще больше. В частной практике (Praxis), которая в Германии довольно популярна, — катастрофически больше.


Бытовые ориентиры на цены на месяц: жилье 500–1000€ (немцы предпочитают снимать жилье всю жизнь), сносная еда 200–300€ (цены супермаркетов в среднем только в 1.5 раза выше наших). Значительно выше цены в сфере обслуживания (кафе 10–15 €), на связь (самый ублюдский тариф на 1 Гб (!) интернета — 10 €) и плата за транспорт (от 2€ за поездку). Т. е. в среднем месячные расходы составляют не больше 1000–1500 €.


Важно отметить, что в Германии сравнительно высокие налоги, однако они дают действительно много социальных гарантий, которых нет у воображаемого M.D. Скруджа МакДака на золотом унитазе и земского доктора Пупкина на деревянном. Минимальное количество выходных дней в году — 30 (в Штатах — неделя), оплачиваемые по часам переработки, сильное медицинское страхование. В том городе, где я проходил стажировку, в больнице действовало правило, дающее возможность не являться на работу несколько раз в месяц БЕЗ объяснения причин. В классический русский менталитет это никак не укладывается, но злоупотребляли этим правилом считанные единицы. У соседей в Нидерландах в связи с депрессией можно не являться на работу в течение года (!) с сохранением рабочего места (!!) и зарплаты (!!!). Сравните с декретным отпуском в 16 недель.

Мало того, что в этих странах работники имеют настолько широкие права, они еще и продолжают требовать новые: во время моей стажировки по всей федеральной земле Баден-Вюртемберг шли забастовки трудящихся. Они были недовольны тем, что работодатели злоупотребляют нестабильными краткосрочными (1–2 года) наймами, мол, если уж нанял, то обязан надолго. Судя по тому, как они отвоевывают каждый вершок Обетованной Земли Прав, все вышеперечисленные социальные гарантии вряд ли появились на пустом месте.


Пейзаж немецкой больницы

Больницы работают по принципу открытых дверей — в здание и в отделение может зайти каждый, не объясняясь с охранниками. Двери врачебных комнат и различных складских помещений все же на ключах.

Ключи в Германии преимущественно волшебные — один сразу от всех дверей, так называемый «мастер-ключ». Во время практики я жил в пансионате при больнице и недоумевал, почему мой ключ подходит и к парадной двери, и к входной в моем номере. Объяснял себе это так, что каждый может входить куда захочет, и рисовал в воображении жуткие сцены из «Ребенка Розмари» по ночам над моей кроватью



В центре пейзажа немецкой больницы — отсутствие правила второй обуви и великой культуры бахил. Серьезно, во всех терапевтических отделениях никто не переобувается. Хотя явно грязные и мокрые следы будут выглядеть неприлично и что-то с этим делать придется. Некоторые врачи имеют сменную обувь, но лишь потому, что им самим так удобно, а не потому, что необходимо следовать правилам. Обусловлено это по меньшей мере 2 причинами:


1) На западе умеют делать пешеходные дорожки, бордюры, ливневые стоки, поэтому на улицах довольно чисто. Почему это не умеют делать у нас — одна из главных российских загадок.
2) Известна особенность многих западных культур не снимать обувь дома — так делают не все, но тем не менее. Ответ немца на любимый вопрос наших уборщиц «ты дома тоже так ходишь?!» сразит их наповал.

Обычно в Германии, будь то медицинское или научное учреждение, выдают фирменную спецодежду. Красивый длиннополый халат из плотной хлопковой ткани с практичными большими карманами и логотипом клиники. Фирменная одежда у немцев действительно качественная и стильная (шутка про Hugo Boss в 1940х). Опять же, почему такого нет у нас? К примеру, наши пожарные и полицейские не обременены необходимостью периодически самостоятельно обновлять свой профессиональный гардероб. В то же время медработник сезонно выходит на модный приговор, подыскивая халатик. От немецкого же работяги требуется только периодически менять униформу в локальной прачечной (в среднем, раз в неделю).


История о феноменальной расточительности немцев. Одним утром в больнице со мной произошла ну совсем гротескная история. Я примерял по очереди несколько халатов, пытаясь методом проб и ошибок определить нужный мне размер. Неподходящие экземпляры аккуратно складывал и клал обратно. На это обратила внимание коллега по цеху — она подошла и стала объяснять, что после каждой примерки я должен выбрасывать халат в ведро использованных! Что же, чужой монастырь — чужие уставы. Пришлось собирать с полок эти грязные, смердящие, чумные останки былого великолепия. Не удержавшись, я все-таки спросил: «Эта форма не должна быть стерильной, ведь это обычный повседневный халат, так зачем же так строго?» На что мне ответили, мол, такие правила, хотя и противоречивые. Понятное дело, что в масштабах предприятия постирать эту одежду несложно, а «быть первым» для халата и надевать девственно чистую форму вроде как приятно, но ведь это явно выходит за рамки здравого смысла? Очень портретная черта немецкой щепетильности.


Подобно оазису в пустыне, важное место в жизни клиники занимает столовая. Здесь, как в Книге Джунглей, свои законы, а суета каждый день замирает на обеденный час. К такому регламенту относятся со всей серьезностью: у каждого отделения есть свой распорядок дня, которого стоит придерживаться, чтобы минимизировать столпотворения в столовой. Обедают преимущественно всем коллективом: за одним столом собираются шеф отделения, врачи, практиканты. Ассортимент еды — 2–3 различных комбо-обеда и кастомные добавки. Много овощей, и всегда есть опция для вегетарианцев. Цены для сотрудников в 2–3 раза ниже аналогичных в кафе. Обычно за обед выходит 3–5€ (это очень дешево). В столовой также находятся посетители, но для них работает другой ценовой тариф (он выше). В разных клиниках столовые устроены по-разному: где-то шведский стол, где-то — фиксированные порции.


Столовая со шведским столом


Вода. Немцы жуткие водохлебы, пьют воду буквально в любой непонятной ситуации: 1–2 стакана за обедом и 1–1,5-литровая бутылка за (рабочий) день.



Сосчитайте количество бутылок с водой на этой фотографии (не забудьте ту у шторки в правом верхнем углу).

Так, кстати, выглядит рабочее место врачей. Компьютер, принтер, внутренний телефон, диктофон для записи некоторых частей истории болезни. Одно из важнейших преимуществ немецкой системы здравоохранения — развитая преемственность медицинской помощи. По внутренней системе всегда можно четко отследить обращения к предыдущим врачам и при необходимости связаться с ними.

Двигаемся дальше — на вертолетную площадку. «Что?» — спросите вы, но из-за гула подлетающего вертолета ваше удивление останется незамеченным. В Германии очень хорошо развита авиаслужба скорой медицинской помощи для экстренной транспортировки пациентов, которым необходима специализированная помощь в короткое терапевтическое окно (в первую очередь, это инсульты). Это особенно актуально в связи с большим количеством малонаселенных пунктов и дефицитом врачей. В команде работают парамедики.

В городе с населением меньше 100 000 человек имеются две крупные больницы, которые принимают на себя пациентов с периферии региона. В моей клинике вертолет в среднем привозил 3–5 пациентов за день.

Парамедики передают пациента врачу-специалисту, который проводит опрос/осмотр, выполняет необходимые манипуляции и принимает решение о дальнейших действиях.



В этой комнате осматривают пациента, доставленного авиаслужбой.

С исключительной серьезностью немцы относятся к Гигиене и ее детям — Асептике и Антисептике. Дозаторы с растворами антисептиков установлены повсюду: по одному в каждой палате и еще несколько в коридоре отделения. При входе в реанимацию действовало необъяснимое правило: халаты нужно было снимать, а руки контрольно обрабатывать антисептиком. В операционных есть одноразовые носки (!).

Некоторые крупные медицинские организации очень тесно связаны с церковью и ее финансированием, например, распространенная по всей Германии сеть Malteser относится к католической конфессии. Организации, в названии которых встречается слово «Diakon», обычно относятся к евангелической. В городе, где я проходил практику, было 2 крупных госпиталя, и оба «прицерковные». В договоре даже нужно было указывать свое вероисповедание, но вряд ли это имело какое-то значение. Может, просто хотели посчитать, сколько хлеба и вина в следующий раз заказывать?

Официально Германия является светским государством, а доминирующая конфессия здесь — христианство. Оно представлено почти в равных долях католичеством и протестантизмом. На юге, ближе к Ватикану, больше католиков, но чем дальше от всевидящего ока Большого Папы к северу, тем больше протестантов. Для простоты можно сказать, что треть немцев относит себя к католической церкви, треть — к евангелической (протестантской), и оставшиеся — атеисты и прочие черти. При этом церквей тут — куда ни плюнь. Чувства неверующих это не оскорбляет, потому что стоят дома Божьи с незапамятных времен, и от них веет таким концентрированным духом средневековья, что глаз любого Фомы нет-нет да и залюбуется величием и филигранностью готической архитектуры.


Вход в церквушку прямо в здании больницы


В Германии очень большое внимание уделяется экологии и сортировке мусора в частности. Мне удалось насчитать около 10 категорий сортировки: бумага, био, пластик/тетрапак/алюминий, стекло в 3 цветах, одежда/обувь, старый металл, старая электроника, батарейки. Каждой категории присвоен специальный цвет. Возможно, в клинике с этим сталкиваются нечасто, но на улице и в быту — постоянно.


Верхушка айсберга сортировочной системы


Пейзаж типичной немецкой больницы может содержать очень нетипичные детали. Например, институт музыкальной медицины. Без шуток. Занимаются диагностикой и лечением всего, что связано с музыкантами: голосовые и речевые нарушения, фонохирургия, проблемы со слухом, проблемы двигательного аппарата для музыкантов-инструменталистов. Психологическая и психотерапевтическая помощь, в особенности, для людей с патологически выраженным сценическим страхом и волнением. Был замечен Muttermilchbank (банк грудного молока) — боюсь даже представить, что там происходит.


Конечно, чтобы никто не подумал лишнего, не в каждом городе есть такое вот заведение. Это большая редкость.


Социальная композиция

В подавляющем большинстве немцы — очень дружелюбный и приветливый народ, по крайней мере та его часть, что причастна к медицине. Встреча с незнакомым человеком в стенах больницы обычно является достаточной причиной, чтобы улыбнуться и сказать «Hallo!» (в моем случае было очень милое «Moin!» — приветствие в некоторых северных регионах Германии). Вы редко встретите эти вымученные челленджи вроде «гляделок» и напряженное ожидание, кто скажет «привет» первым. Эта приветливость выше профессиональной иерархии :  ухаживающий персонал, медсестры, уборщики, профессора  —  все друг друга уважают и приветствуют. В целом, было замечено меньше чинопоклонства и больше уважения к чужому труду. Сюда же вписывается отзывчивость. Как-то раз я спросил коллегу, где она взяла вот этот клевый карманный справочник —  моргнуть не успел, а она уже позвонила в локальный книжный магазин, чтобы спросить, можно ли у них заказать такую штуку. Стоит что-то задумчиво буркнуть или ненавязчиво предположить  — у тебя тотчас постараются в деталях узнать, что ты имел в виду.

В моей клинике врачи и PJ (студенты 6 курса) общались на «ты», а обращение «Вы» использовалось только для пациентов и верхушки руководства. В Германии значительно меньше выражено «правило старшинства», и часто можно встретить людей с разницей в возрасте в десятки лет, называющих друг друга на «ты»

Коллективное общение и большие вечеринки — это очень по-немецки. На праздники вроде дня рождения обычно приглашается много народу, иногда ОЧЕНЬ много. Однажды нам удалось побывать на большом юбилее пожилого врача, который приглашал всех отметить праздник на корабле в пристани. Пиво, закуски, пицца, веселящийся народ (некоторые даже следовали тематике вечеринки в стиле «Old Times»: пещерный человек, хиппи из 70-х — и это была отнюдь не молодежная тусовка.)


Тусовка на корабле


Среди праздников в Германии самыми крупными являются Рождество и Карнавал. Первый — очень важное и обязательное к посещению семейное собрание. В вечер Рождества практически невозможно встретить кого-то на улице, если это не иностранец или глубоко одинокий человек. Нерушимые традиции этого праздника важны и для атеистов, ведь в первую очередь он семейный, а не религиозный.


Карнавал — полная противоположность Рождеству, по сути наша Масленица, но с куда большим градусом безумия. Детали празднования сильно отличаются в разных регионах: на юге Германии и в Швейцарии преимущественно Fasnacht/Fastnacht, в Баварии, Австрии и Саксонии — Fasching, в федеральной земле Северный Рейн-Вестфалия — Karneval. Последний, кстати, считается одним из самых грандиозных по масштабу, особенно в Кёльне и Дюссельдорфе. Обычно это происходит ближе к концу зимы и длится неделю. Каждый день по вечерам в центре городов и деревень все пьют, наряжаются в тематические костюмы, веселятся, шумят, устраивают всякие музыкальные парады и еще раз пьют. Многие люди специально берут на эти даты отпуск (!), чтобы нормально побарагозить. Для больниц это время считается даже более напряженным, чем Новый Год. Там-то всего один день, а тут — почти целая неделя. Заканчивается шабаш, как ни странно, в понедельник, а точнее в Rosenmontag — розовый понедельник. В этот день происходит какая-то уж совсем непостижимая фантасмагория: городскую ратушу (мэрию) захватывают женщины, а затем они ходят по улицам с ножницами и отрезают мужчинам галстуки. Ничего не спрашивайте.


Карнавальный дурдом в федеральной земле Baden-Württemberg


Учитывая выраженный интернациональный колорит, можно сказать, что времена голубоглазых блондинов в Германии прошли практически бесследно. Особенно это заметно в крупных либеральных городах вроде Берлина и Гамбурга — иногда они больше напоминают пестрый разношерстный американский мегаполис, а не старушку Европу. Берлин же вообще по праву считается одним из самых молодежных и безумных городов в мире. В стране много турков, и большая их часть интегрирована в общественную среду, однако они в некоторой степени дистанцированы от коренного населения. Количество общепитов ближневосточной кухни в виде Döner может легко сравниться с нашим царством шаурмы. Сирийское население по-разному представлено в различных федеральных землях: на востоке их больше (Сирия ближе), на западе меньше. Этот народ куда больше изолирован от жизни общества, но и история интеграции куда короче турецкой. В остальном этнические меньшинства представлены марокканцами, арабами, восточными европейцами (особенно поляками) и русскими (многие из Казахстана). Описать эти национальности в общих чертах не представляется возможным, степень интегрированности очень варьирует: кто-то ведет маргинальный образ жизни, а кто-то достигает довольно высоких должностей.


По нашим стандартам этикета, немцы очень беспардонно чихают и высмаркиваются. Просто знайте это.


Для немца старость — в радость. Встречать закат жизни немецким дедушкам и бабушкам не так страшно, как их российским коллегам. Любой недуг, в том числе и психический, будет воспринят в обществе адекватно, пожилому человеку окажут полноценную медицинскую помощь. На улице и в общественном транспорте очень часто можно увидеть людей с различными Gehhilfe (устройствами для облегчения передвижения): Gehgestelle (статичные ходунки с 4 ножками), Gehwagen (роляторы), Rollstuhl (коляски на управлении или без), Gehstöcke (трости, клюшки и другие палки всех цветов и размеров). Пользоваться этими устройствами в любом возрасте совершенно не зазорно — никакой пассивной стигматизации, подобной той, что напряженно нависает над инвалидами в России.



Дисплей с расписанием трамваев. Тот, что придет через 10 минут, имеет специальные места для пассажиров в инвалидных колясках (таких на самом деле большинство). Но в обычном заякориться тоже можно.


Hospitation

В медицинских учреждениях Германии есть такая «должность», как Hospitant (дословно переводится как «практикант, вольнослушатель»), дающая самый ограниченный класс доступа к медицинским манипуляциям. Прав не больше, чем у дохлой мухи на палатном подоконнике, но и обязанностей не больше. Являясь юридически бесправным существом, вполне можно претендовать на что-то поинтереснее — это регулируется той самой медицинской солидарностью и личностью ответственного за вас врача. Поймите правильно: возможно, кроме наблюдения, ничего сделать так и не разрешат. Однако вероятнее, сложится ситуация, когда врач (если он не последний бюрократ или гнусный злодей), увидев молодого коллегу с адекватными реакцией, намерениями и субординацией, разрешит ему более ощутимо погружаться в жизнь клиники. Многое зависит от специальности. Для терапевтического профиля: если речь идет об опросе/осмотре пациента, то, само собой, предъявите ваш немецкий. В хирургических материях проще: уж помыться и на крючках постоять точно дадут. Чем бы ни закончилась практика, это будет полноценный личный опыт, который нельзя получить, читая вшивые статьи про поездку в Германию.

Итак, что для этого нужно? Язык и приглашение от принимающей организации, остальное — формальности. В идеале — немецкий, хотя бы уровень B1, чтобы общаться с персоналом, с пациентами, с руководством. Нет немецкого — пробовать с английским, хотя шансы сильно уменьшаются, но кто знает, вдруг получится? Приглашение — исключительно индивидуальный вопрос. Нужно начинать с поиска простых вариантов: каких-то зарубежных контактов, историй сотрудничества работодателя/вуза с немецкими организациями — всегда проще начать беседу с каких-то, пусть даже и плохо осязаемых, точек соприкосновения.

Вот небольшой список тех отечественных медицинских вузов, которые сотрудничают с немецкими клиниками:

  • ПИМУ (г. Нижний Новгород) – Universitäsklinikum (Essen);
  • Медицинский институт ПГУ (г. Пенза) – клиники DIAKO и Malteser (Flensburg);
  • Башкирский ГМУ (г. Уфа, республика Башкортостан) – Mannheim / Dresden;
  • Медицинский институт МГТУ, (г. Майкоп, респ. Адыгея) – Universitäsklinikum (Freiburg);

Другой вариант — заряжать свой гугл-пулемет и палить во все стороны. Когда жертва будет найдена, прицелиться и сразить убедительным и проникновенным письмом о том, как вы хотите посмотреть на немецкую медицину, реализовать интернациональный экспириенс и бла-бла-бла. Разослать в разные больницы → Ждать → Действовать по ситуации.
Немцы — отзывчивый и внимательный народ, они обязательно выслушают и постараются помочь в пределах своих возможностей. Не надо бояться, правда. Представьте, как бы повели себя вы, если бы к вам по почте обратился иностранец. Почти всегда при таком раскладе проявляются радушие и понимание. Курация вольнослушателя ни к чему не принуждает, вряд ли у кого-то из-за этого будет много бумажной волокиты, а вот помочь вежливому и заинтересованному человеку — богоугодное дело.


Заключение

Возможно, в процессе чтения этой статьи у вас создалось впечатление, что в Германии все лучше, чем у нас. Это действительно так.
Возможно, вы усердный критик отечественного здравоохранения и других сфер деятельности. Есть за что.


Но идея этой статьи вовсе не в том, чтобы в результате молиться на запад и плеваться от всего отечественного. В конце концов, там тоже есть немало проблем. Важно понять, что именно нас отличает и в результате чего это произошло. Хороший пример должен быть заразителен, а разумное заимствование должно стать одним из путей достижения успеха. Со времен первого императора Петра I и его европейских реформ прошло три столетия, но компромисс в этом вопросе так и не найден. В современных реалиях глобализации этот процесс должен идти семимильными шагами, а знания особенностей зарубежного здравоохранения и социокультурный опыт позволят пройти его быстро и безболезненно.


Источники

  1. https://www.nytimes.com/interactive/2017/09/18/upshot/best-health-care-system-country-bracket.html
  2. https://medach.pro/post/1349
  3. https://www.gkv-spitzenverband.de/english/statutory_health_insurance/statutory_health_insurance.jsp
  4. https://www.howtogermany.com/pages/healthinsurance.html
  5. https://t.me/Rusgerdoc
  6. https://t.me/spritzeundmolot