Осенняя хандра
Автор: Вероника Егорова
Редакция: Чумной Доктор, Крестина Ремблевская, Александр Табакаев
Оформление: Никита Родионов
Публикация: 16.09.2018
Последнее обновление: 16.09.2018



Наступила осень. Приближаются холода, беззаботные жаркие летние каникулы сменяются бесконечными днями на учебе или работе. В сети появляется множество шуток про осеннюю хандру, и любое мало-мальски заметное снижение настроения в народе гордо именуют «депрессией». Давайте вспомним, что такое депрессия на самом деле, и разберем несколько новых исследований касаемо этого недуга.

Депрессия — серьезное психическое расстройство, для которого характерны следующие признаки: стойкое понижение настроения, ослабление интересов, нарушение когнитивных функций и вегетативной симптоматики, включая нарушение сна и аппетита.

Кому-то недостает солнечных лучей, кому-то душевной теплоты. Но перепады настроения, ведущие в дебри негатива и пессимизма, не всегда имеют явные внешние причины. Единой концепции, точно объясняющей этиологию и патогенез депрессии, в настоящее время нет. К примеру, одна из самых распространённых теорий патогенеза депрессии гласит: во всем виноваты моноамины! Недостаток серотонина и норадреналина вызывает тревожность, беспокойство по пустякам, упадок сил, и снижает чувство удовлетворенности, например, после принятия любимой пищи.

Есть иные точки зрения, раскрывающие механизмы патогенеза депрессии. Исследования, проведенные в университете Хиросима, Япония, выдвигают новую теорию возникновения депрессии, где виновником объявлен белок RGS8 (regulator of G protein signaling), который контролирует гормональный рецептор MCHR1 (melanin-concentrating hormone receptor 1). Считается, что RGS8 инактивирует MCHR1, отвечающий за регуляцию сна, питания и настроения.

Чтобы проверить свою гипотезу, ученые провели несколько тестов на трансгенных мышах, у которых уровень RGS8 во много раз превышал норму, сравнив их с контрольной группой обычных мышей. Исследователи оценивали двигательную активность животных. Мыши с увеличенным количеством RGS8 оказались подвижнее мышей контрольной группы. После приема антидепрессантов, действующих на моноамины, у мышей с RGS8 период активности увеличился еще больше. Однако, когда мышам дали антагонист MCHR1, останавливающий его работу, время подвижности не изменилось, в отличие от контрольной группы.

«Эти мыши показали новый вид депрессии. Моноамины не участвовали в этом депрессивном поведении. Напротив, это был MCHR1», — отметил один из исследователей группы Юмико Сайто.

Ученые из университета Виктории, Канада, считают, что источник депрессии кроется в дисфункции митохондрий в клетках мозга.

«Модели животных показали, что депрессия связана с уменьшением образования новых клеток в гиппокампе, который регулирует эмоции, настроение, познание и стресс, — рассказала Лиза Калинчук, соавтор исследования. — Мы знаем, что этот процесс довольно энергозатратный. Это заставило нас подозревать, что митохондрии являются основной причиной депрессии, поскольку они обеспечивают энергию для клеток».

Исследователи полагают, что дисфункция митохондрий может приводить к каскаду реакций, итогом которых будет депрессия. Эта идея открывает новые возможности для разработки антидепрессантов, которые смогут нормализовать функционирование митохондрий и избавить человека от депрессии.

Если вы считаете, что вопрос о происхождении депрессии закрыт, то вы глубоко заблуждаетесь. На сегодняшний день известно, что свет регулирует наше настроение и отвечает за циркадные ритмы в нашем организме. Приведу пример. Если человек постоянно меняет часовые пояса или часто работает в ночные смены, то в скором времени он чувствует недомогание, становится раздражительным, возможно у него появляются когнитивные нарушения, запоры или диарея. Итогом всему является депрессия. Почему это происходит? Изменения светового и темнового циклов в течение дня и ночи десинхронизируют наши внутренние часы до тех пор, пока внутренний циркадный ритм не попадает в постоянный световой цикл. То же самое происходит поздней осенью и зимой, когда длительность дня становится намного короче ночи. Такое состояние называют синдромом сезонного аффективного расстройства (Seasonal Affective Disorder, SAD).

В чем причина? Палочки и колбочки являются фоторецепторами, преобразующими световые раздражения в нервное возбуждение, поступающее в мозг. То есть это механизмы, помогающие видеть окружающий нас мир. Однако не каждый знает, что помимо этой дружной компании существуют меланопсин-экспрессирующие фоточувствительные ганглионарные клетки сетчатки (intrinsically photosensitive retinal ganglion cells, ipRGCs), играющие важную роль в регуляции суточного ритма, световой реакции зрачка, и формирующие восприятие яркости и временную цветовую обработку изображения у людей. Сигнал от ipRGC передается в супрахиазмальное ядро гипоталамуса непосредственно через ретиногипоталамический тракт и косвенно через геникулогипоталамический тракт, и затем попадает в центры регулирования настроения.

При воздействии света на глаз происходит рефлекторное сужение зрачка. При сезонных аффективных расстройствах опосредованная меланопсином ответная реакция зрачка (The post-illumination pupil response, PIPR) ослабляется, что говорит о недостаточной активности ipRGC. При этом у здоровых людей дневное освещение и время, проведенное при ярком освещении (более 1000 люкс) не вызывают каких-либо отклонений от нормы. Напротив, амплитуды PIRP остаются в пределах нормы в смешанных группах пациентов с депрессивными расстройствами с SAD и не сезонными депрессивными расстройствами. У пациентов с депрессивными расстройствами и у здоровых людей, проживающих в северном полушарии, амплитуда PIPR менее выражена зимой по сравнению с летними месяцами, и независимо от сезона реакция переходного зрачка на тусклый свет ухудшается при депрессии. Это указывает на то, что нарушение световой передачи при дисфункции ipRGC может влиять на настроение при изменении продолжительности дня и ночи.

При SAD наиболее эффективным методом лечения является свет. Исследования показали, что коротковолновый (синий) свет является наиболее удачным методом восстановления суточного фазового сдвига и, как следствие, уменьшает выраженность симптомов депрессии, чем, например, красный спектр.

На сегодняшний день при медикаментозной терапии наиболее часто назначаемым классом антидепрессантов являются селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Эти препараты, поступая в мозг, «выталкивают» G-белки из «липидных рафтов» на клеточной мембране, где они обычно находятся в неактивном состоянии. G-белки производят циклический аденозинмонофосфат (АМФ), необходимый для регуляции активности нервных клеток. Люди с депрессией имеют большое количество неактивных G-белков, и, следовательно, на фоне ослабленной сигнализации клеток головного мозга, у них появляются симптомы депрессии, включая ощущения общего онемения.

Ученые из университета Иллинойса в Чикаго предлагают использовать кетамин в качестве препарата для лечения этого душевного недуга. Исследователи выяснили, что это наркозное средство способно вывести человека из глубокой депрессии в течение нескольких минут и сохранить эффект своего действия на несколько недель.

В своих исследованиях ученые провели эксперимент с кетамином и заметили, что G-белки покидали липидные рафты намного быстрее. Среднее время, затрачиваемое на миграцию белка, составляло 15 минут. Ранее считалось, что кетамин блокирует клеточный NMDA-рецептор, располагающийся на поверхности нервных клеток.

«Вытеснены ли G белки традиционными антидепрессантами или кетамином, это не имеет значения, хотя с кетамином G-белки очень медленно возвращаются в липидные рафты, что объясняет долгосрочные эффекты лекарств на депрессивные симптомы, — пояснил один из исследователей группы. — Это еще раз иллюстрирует тот факт, что движение G-белков из липидных рафтов является истинным биомаркером эффективности антидепрессантов, независимо от того, как они работают».

(Ещё больше о механизмах возникновения депрессии и методах лечения в статье: https://medach.pro/post/1203
Инфографика о депрессии: http://medach.pro/neuroscience/psihiatriya/depression/)

Депрессия — преходящее состояние. Пациенту необходимо оказывать как психологическую, так и медикаментозную помощь. Если вы видите, что ваш близкий человек или знакомый испытывает тревогу, отчаяние, чувствует постоянную усталость, печаль, высказывает равнодушие ко всему, жалуется на боли в области сердца или на проблемы со стороны желудочно-кишечного тракта, то побеседуйте с ним и помогите ему разобраться с его проблемой. Почему это важно: последние исследования показали связь между депрессией и ускорением темпа старения мозга. Ученые выяснили, что люди с депрессией имеют более высокую скорость снижения общего когнитивного состояния, включая потерю памяти, исполнительную функцию (принятие решений) и скорость обработки информации, чем те, у кого депрессии нет. Таким образом, согласно статистическим данным, депрессия повышает риск развития деменции в старости. Результаты исследований важны уже на ранних этапах вмешательств, поскольку доклинический период деменции составляет несколько десятилетий, а лекарства от этого заболевания нет.

Не стоит забывать, что депрессия очень опасна, хоть и излечима. Не каждый способен справится с ней самостоятельно. Депрессии может сопутствовать алкогольная или наркотическая зависимость, некоторые больные переступают черту и покидают нас навсегда. Своевременные диагностика и лечение могут эффективно противостоять этому душевному недугу. Главное не упустить момент.

Источники

  1. Allen J. et al. Mitochondria and Mood: Mitochondrial Dysfunction as a Key Player in the Manifestation of Depression //Frontiers in neuroscience. – 2018. – Т. 12. – С. 386.
  2. Kobayashi Y. et al. Depression-resistant Phenotype in Mice Overexpressing Regulator of G Protein Signaling 8 (RGS8) //Neuroscience. – 2018. – Т. 383. – С. 160-169.
  3. Wray N. H. et al. NMDAR-independent, cAMP-dependent antidepressant actions of ketamine //Molecular psychiatry. – 2018. – С. 1.
  4. John A. et al. Affective problems and decline in cognitive state in older adults: a systematic review and meta-analysis //Psychological medicine. – 2018. – С. 1-13.
  5. Lazzerini Ospri L., Prusky G., Hattar S. Mood, the circadian system, and melanopsin retinal ganglion cells //Annual review of neuroscience. – 2017. – Т. 40. – С. 539-556.





Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.